Животный журнал

Наблюдатели, избиратели и их организации мне окончательно разонравились. Очень злые. 
Дай, думаю, схожу на субботник в парк Александрино: как раз по социальным сетям анонс пустили. 
С утра мы с Владимиром обули резиновые сапоги и пошли. 
Первый визуальный контакт с любителями природы сопровождался такими мыслями:
Я: "Вижу людей в резиновых сапогах. Думаю, мы пришли".
Владимир: "И это весь субботник? Что толку от десяти человек?"
Любители природы: "Вон еще какие-то идут. Яркие-то какие. Кого издалека видно, те точно к нам".
Так нас приняли за своих, не успев даже в лицо взглянуть. 
Состоялся экспресс-инструктаж: один дядя рассказал о раздельном сборе мусора, другой о клещах.
Тем временем бригада школьников с визгом скребла граблями пришкольный газон под присмотром учительниц. Они были не с нами.
А мы пошли в лес. 
Лесопарк "Александрино" нифига не замусорен, если смотреть из окна маршрутки. Стоит пройти по дорожке несколько метров вглубь, и сборщику мусора открываются сокровища. Трудно удержаться, чтобы не нырнуть в канаву. Я нырнул. Смотрю, остальные тоже нырнули. Организаторы покрикивают: "Не увлекаться! Дальше мусор еще будет!" И пошла потеха. Дальше мусор еще был.
Мне мусор понравился, потому что он был материальным свидетельством культурных практик. По нему можно было догадываться о том, чем люди занимались, а подглядывать для этого за людьми было не нужно.
Первое, что меня озадачило - количество новеньких, нерасклеенных, полиэтиленовых пакетов. Они валялись под деревьями то там, то сям, и по их гладкому виду было понятно, что никогда в них ничего не носили. Долго думал, зачем нужно покупать в магазине пакет, нести его порожняком в лес и там выбрасывать под деревом. Потом дошло: на них сидят. 
Другое наблюдение: в лесу довольно четкое районирование разных социальных групп. Где-то бутылки из-под вермута и банки синего стекла из-под импортного пива. Где-то сплошь сиськи от бульбуляторов. Где-то настойка боярышника. 
Еще наблюдение: памперсов валяется больше, чем прокладок. Оно и понятно: парк в черте города, взрослый человек может и до дома дотерпеть. А с детьми многие гуляют в Александрино. В пригороде было бы другое распределение.
Вообще еще раз подтвердилось,  что лес дает все, что нужно человеку. Нужны человеку мешки для сбора мусора - пожалуйста, под каждым кустом в ассортименте. Там еще осталось, точно говорю.

Помню, дело было в 1996 году. Лет мне было немного, денег тоже, в общем, было не очень достаточно. Один приятель предложил пойти работать наблюдателем на выборы, за деньги. Вроде бы в те времена наблюдателям на выборах немножко платили.
Вот, вспоминается мне, я ему говорю: "А что, если я не справлюсь? Дело-то серьезное, на выборах наблюдать". Он мне и отвечает, он уже опытный в этом деле был: "Делать-то ничего не надо. Придешь, посидишь, книжку почитаешь, а вечером распишешься, где скажут, и домой пойдешь".
Так я себе это помню. Действительно, в день выборов я заходил на участок, где тот приятель наблюдал: он там сидел и книжку читал.
Сейчас другой мой знакомый собрался наблюдателем на выборы. Не знает, будут ли ему там платить. Его это не интересует.
И я себе думаю: действительно, провокация - довольно эффективный способ мотивации. Если хочешь, чтобы кто-то выполнил тупую и неблагодарную работу, а денег жалко, то нарочно сделай сам эту работу из рук вон плохо, чтобы все возмутились и сказали: "Да мы это сами сейчас сделаем, и еще в сто раз лучше выйдет".

Дальше думаю, а ведь верно. Учителя, например. Никто не хочет идти работать учителем - если за деньги. А позаниматься с детьми даром, по-волонтерски, ну просто потому, что их в школе ничему не учат - совсем другое дело.

Друкер пишет, что участие в воронтерских проектах дает участникам-профессионалам чувство свободы и самореализации, которого они лишены на своем основном рабочем месте.

Сегодня опять был митинг за справедливые выборы, и я туда опять пошел. На прошлой неделе на митинг ходить было модно, а на этой уже не очень, но я все равно пошел, потому что нужно быть последовательным в своих действиях.

Сначала народу было немного, но уже через полчаса после начала толпа собралась порядочная, почти как неделю назад. Я не ожидал, что вообще кто-нибудь придет, кроме заведомых психов. А они пришли.

Вот три вещи, которые мне запомнились на митинге:
1) Рядом со мной стояла женщина с дочкой лет четырнадцати-пятнадцати. Женщина пользовалась выступлениями ораторов как хрестоматией по воспитанию критического мышления, то и дело задавала девочке вопросы: "Как ты думаешь, чего он хочет добиться, говоря о ....?" или "Как ты думаешь, почему он об этом сказал, а вот это не упомянул?" Девочка отвечала довольно разумно. Хорошо, когда родители не навязывают своего мнения, а приучают ребенка анализировать то, что происходит вокруг. Такой ребенок не пропадет.
2) Представители партий, которые выходили на сцену, подвергались жестокой критике со стороны рядовых участников митинга. Некоторым слова сказать не давали. В Немцова, говорят, бананом кинули. Никто не уважает представителей партий. Все понимают, что у них своя корысть. Утратили доверие к профессионалам. Даже ведущий со сцены сказал, что новички вызывают больше симпатии, чем опытные политики.
3) Обилие всякого рода техники отмечалось еще на выборах 4 декабря. Только ленивый не носит теперь с собой фотоаппарат или видеокамеру. У кого планшетный компьютер в руке, кто снимает телефоном. Вот почему очень тронул дяденька, который стоял с обычным бумажным блокнотом и что-то записывал время от времени. Я потом еще таких видел,  с блокнотами.

В целом на митинге говорили со сцены, кажется, меньше несуразного, чем неделю назад. С милицией братались меньше. Митинг продолжался меньше. Если с каждым разом будет все меньше интересного, то люди совсем перестанут ходить на митинги и вернутся в театры или библиотеки.

Думаю, именно поэтому в конце митинга на сцене была устроена драка.

Вы заметили, коллеги, как часто обсуждение выборов и митингов последних дней ведется с позиции "умный - глупый"? Куда ни глянь, везде читается "Мы умные, и поэтому мы правы". Начиная, например, с программного текста "Они БОЛЬШЕ ВСЕГО боятся, что на площадь выйдут культурные, умные, вежливые люди, которых ДОСТАЛО". И натыкаясь на похожее где ни попадя: "Покажем, что мы не тупое быдло, которому лишь бы громить и драться, а умные интеллигентные люди, имеющие убеждения и готовые их отстаивать!" или "...надо думать, что мы все, жители России, разумные люди, которые хотят понятных и здравых вещей" или там "Сегодня в центре Москвы прошел не митинг, это был праздник. Это был праздник смысла". На митинги приглашают выступать не заслуженных рабочих, а ученых, писателей, культурных деятелей. Студентов еще, в крайнем случае. Гаусса зачем-то приплели. Кто его знал две недели назад, этого Гаусса? Теперь весь инет о нем говорит. В пору писать диссертацию о влиянии политической обстановки на образовательный уровень граждан.

С одной стороны, доброе отношение и кошке приятно, как говорится. Любой читатель или слушатель считает себя разумным. Ему приятно, когда Другой к нему так же относится. Он благосклоннее будет воспринимать все, что Другой ему скажет, если к нему обращаться как к свободному и разумному. Так что в какой-то степени это, вероятно, риторическая фигура, не более.

С другой стороны, человеку не очень умному, действительно, участвовать в выборах ни к чему. У него даже и убеждений-то нет, его кто хочешь убедит в чем угодно. К чему ему выбор: пусть лучше тратит свой скудный интеллектуальный ресурс на что-нибудь общественно полезное. Давно пора отправить в треш пыльное "Свобода - равенство - братство" и ввести избирательный ценз по уровню IQ.

Пока сидишь на работе, кажется, что в мире ничего не осталось уже, кроме выборов. В интернетах все обсуждают митинги, на совещаниях все обсуждают задержания на митингах, в коридорах валяются прокламации. Вышел с работы вчера в без четверти полночь и удивился: никаких выборов вокруг. На улицах только пьяное быдло и мелко падает снежок. Я удивился: почему так спокойно все? Где волнение? Где предвкушение? Неужели все забили? На остановке было страшновато. Темно и быдло вокруг.

С утра я поехал на семинар в Европейский университет, потому что такой был мой план. Семинар назывался "Производство знания: люди и институты". Он должен был идти с 12 до 20 часов. На семинаре было довольно мало людей. Девушка, которая сидела рядом со мной, сказала: "Как мало народу собралось! Странно, вроде такая тема интересная". Действительно, народу было немного. Один был с белой ленточкой на свитере. Семинар начался с предварительного замечания в том духе, что политические кризисы происходят сплошь и рядом, а интеллектуальная элита должна быть готова к тому, чтобы расхлебывать последствия таких кризисов, и поэтому сегодня мы здесь, а не там.

После перерыва народу еще немного поубавилось. Организаторы иронизировали, что людям молодым на митинге, наверное, интереснее. Правда, некоторые из этих молодых появились чуть позже. Они просто опоздали к началу доклада, потому что ждали счет в кафе или что-то такое.

Прослушав второй доклад, я решил, что лучше пойду теперь на митинг. По дороге на митинг я удивлялся, как спокойно все вокруг. Дамы сидели в парикмахерской в бигудях. Какие-то курили возле театра. Дети бегали и визжали. Никаких белых ленточек. Никакой истерии. Как будто ничего такого не происходит. А в это время возле ТЮЗа был митинг, и я скоро туда пришел.

На митинге мне понравилось. Там никто никого не месил. Все вели себя очень спокойно. Люди не поместились на пощади и стояли с обеих сторон Загородного и Гороховой. Все были в хорошей аккуратной одежде. Многие девочки несли в руках белые гвоздики с привязанными ленточками. Толпы космонавтов ходили вокруг своей лунной походкой. Гаишники упрашивали граждан не сходить с тротуаров во избежание ДТП. Вокруг были в изобилии припаркованы ментовозки, омоночницы и военные грузовики с табличкой "люди". Из них никто не выходил, но и к ним никого не волокли. Странно было, что среди этих машин не было "скорых" - только одна патрулировала мероприятие, подъезжая то с одной стороны, то с другой. В толпе было тепло, ветра не чувствовалось, разноцветные флаги и транспаранты торчали сверху. Космонавты одобрительно покрикивали в ответ на особенно убедительные лозунги. Толпа, в свою очередь, одобряла и кричала: "Полиция с народом!"

Девочка протянула полицейскому белую гвоздику. Все как мы мечтали в детстве.

В общем, все было хорошо на этом митинге, если бы не сцена. Со сцены неслась какая-то несусветная пурга. Кричали "Путин - вор" и "Свободу Навальному". Видимо, это был наиболее приемлемый "объективный коррелят" для тех разумных и симпатичных, но очень абстрактных идей, которые были написаны в интернетах и которые все читали и цитировали друг другу. Я понимаю, абстрактные идеи плохо подходят для скандирования. Особенно с условными конструкциями. Но все равно обидно было, что со сцены несется невразумительная хрень.

Очень тронула девушка из Студенческого совета. Она призывала студентов идти дальше, и как только разберутся с выборами в Думу, добиваться того, чтобы самим выбирать деканов и ректоров. Конечно, когда говоришь перед десятитысячной толпой, в голову всякое лезет, наверное. Я понимаю, что трудно на трибуне. Но все-таки, допустим, что я студент: чем я могу руководствоваться, какими критериями, если мне нужно будет выбирать ректора? Как студент я знаю в своем вузе нескольких преподавателей: одни хорошо преподают, другие плохо, третьих я знаю только по имени. За кого голосовать? Выбрать самого гадкого, чтобы смотреть, как он будет барахтаться, и злорадствовать? Выбрать самого любимого, чтобы он погряз в административной работе и остаток жизни ностальгически вспоминал меня как своего последнего студента? Дети в толпе прыгали и визжали, им понравилась идея самим выбирать ректора.

Вскоре после этого решено было разогнать митинг. Для этого был выбран самый пацифичный способ: на сцену посадили музыкантов, и они стали исполнять песни. Песни были революционные и очень аллегорические. В одной из них рассказывалось о том, как к медведю пришел песец. Эта песня была очень грустная, потому что она показала мне, как далеко мне еще до единения с народом. Я ушел домой.

Тэ: а как вообще дела?

Дэ: Ну, психиатр сказал, что пока подержит меня на ноотропах, а нейролептики выпишет после годового отчета ))) вобщем, я как-то безрадостно смотрю себе в будущее. ничего там хорошего пока не видно, кроме психиатра и стоматолога. я считаю, это ненормально, когда человек начинает думать о стоматологе как о приятном проблеске в жизни.
Зубы-то у меня не болят. Я собираюсь пойти к стоматологу для удовольствия.

Тэ: это кошмарная работа. Оно того стоит?

Дэ: Это заговор мирового капитала )) они нагружают нас работой, пока мы не устанем и не станем безвольными, а потом эксплуатируют, пользуясь нашей безвольностью. Конечно, существует отпуск, после отпуска много сил, но от этого с непривычки наступает такая эйфория, что все дурные мысли забываются. А когда вспоминаешь о них, уже поздно: ты опять безвольный )))

Тэ: Интересная концепция :) Очень похоже на правду... ))

Дэ: Угу )) причем субъект реален, а мировой капитал фантазматический и существует лишь в сознании субъекта )) его невозможно победить, потому что на самом деле его нет )))

Тэ: :) Тогда это вообще страшно ))

Зашел тут в гости к другу. У них обычная семья из трех человек: папа, мама и взрослый сын. Каждый из них сидит в отдельной комнате и смотрит свой телевизор (сын, правда, поскольку технически продвинутый, вместо телевизора сидит за компом). В принципе, когда кого-то из членов семьи нет дома, телевизоры все равно работают, так что в темноте и не поймешь, смотрит его кто или нет. Создается эффект присутствия, приятное такое чувство, что семья всегда рядом.

У нас в семье не так. Мы для достижения эффекта присутствия вылезаем на кухню и там все вместе сидим. Конечно, каждый со своим ноутбуком. Без ноутбука уже как-то неуютно. Все равно что на улицу без штанов выйти,  честное слово! Какая-то незащищенность есть в человеке, который без ноутбука. У нас даже есть специальный гостевой ноутбук: вдруг кто-то придет, кто с собой не захватил.

Эффект присутствия эффектом присутствия, но все-таки интересно, как они там общаются в своей семье. Должны же члены семьи как-то общаться. А в телевизоре ни скайпа, ни социальных сетей, ни почты. Неужели они по телефону звонят, когда нужно что-то сказать?

Помню, когда было мне десять лет, написал сочинение о том, как я провел лето. Тогда это было в порядке вещей. Жалко, что оно не сохранилось. Я старался выкидывать старые тетрадки и дневники, как только в них отпадала необходимость, так что теперь придется восстанавливать по памяти. (А казалось, что выкинул - и забыл, живешь с чистого листа.) Конечно, стиль утрачен безвозвратно, но общее настроение, наверное, еще смогу.

( Сочинение )

Подслушал в педовнике им. Герцена разговор мальчиков-магистрантов.

- Есть такое вещество в мозгу, забыл, как называется, - в общем, если его слишком мало в мозгу, то человек рождается психопатом и с полным врожденным отсутствием совести; а если слишком много, то у них мигрени. А ты что, не знал, что ли? У психопатов нет совести, их так и отличают.

Другой мальчик спрашивает, как, дескать, быть с теми, которые сначала нормальные-нормальные, а потом раз - и с катушек?

- Тут многое от воспитания зависит. Если человека с детства приучили, какие вещи можно говорить, а какие нельзя, то никто и не заподозрит, что у него совести нет. А как подрастет, так он уже сам решает, что можно, а что нельзя.

Хорошо сказано, и наводит на мысли о Юзе Алешковском.